Фото - интернет

Жизнь журналиста Аркадия Бабченко «вновь полностью разрушена» после инсценировки заказного убийства. Об этом журналист написал у себя в Фейсбук, отметив, что не в состоянии больше заниматься обыденными делами как раньше, – пишет Капитал.

«Мне сейчас нельзя ничего. Я не могу выйти на улицу, я не могу встретиться с кем хочу, я не могу поехать куда хочу, я не могу делать, что захочу. Я не могу не то, что пойти в кафе посидеть с друзьями – я не могу даже выйти в магазин. Еду мне привозят. Каждый выход в город – это спецоперация. Каждая встреча – где-то в закрытом помещении, оговоренном заранее, лучше в охраняемом месте. План пребывания в этом месте разрабатывается заранее. Встречи возможны только с небольшим количеством людей.

Он также подозревает, что за ним следят из России.

«У меня есть ооочень стойкие подозрения, что в России каким-то образом получили доступ к моим гаджетами и могут их читать и слушать, поэтому переговоры о встрече – отдельная спецоперация. Естественно, никто не может придти и ко мне», – написал он.

Журналист пожаловался на крайне бедственное положение.

«У нас нет ничего. Вот вообще ничего. Семью эвакуировали из России за день до часа Д, потому что сообщать дату пришлось, естественно, по телефону, а там-то телефоны слушались однозначно, и надо было оставить минимальный временной люфт, чтобы тупо не успели задержать на границе, и теперь у нас есть только то, что поместилось в машину за одну ходку. Три чемодана вещей. Квартира, гараж, шмотки, видеокамера импортная три штуки – все осталось там. У меня сейчас государственное всё. Даже вилки. На табуретке, на которой я пишу это пост, стоит инвентаризационный номер. На мне штаны, в которых я был в морге. Сходить в магазин купить новые я не могу. А доставка тоже невозможна», – написал он и по традиции попросил денег.

Он попросил перевести ему денег на «Яндекс-кошелек» и телефонные номера, а также сделал отдельный счет для долларовых переводов из Соединенных Штатов Америки.

Напомним, что ранее Аркадий Бабченко оценил эксклюзивное интервью с собой в $50 тыс. Именно такая сумма необходима эмигрировавшему на Украину журналисту «для того, чтобы заново построить свою жизнь». Однако никто из представителей СМИ не проявил интереса к предложению журналиста.

Комментарии