Ситуация с нелегалами на польско-белорусской границе попала в объектив внимания СНБО. Но общество так и не получило четких и внятных ответов: а что власть будет делать, если — условно завтра — нелегалы попытаются прорвать украино-белорусскую границу? Возможен ли вообще такой сценарий?

«КП в Украине» опросила экспертов и нашла ответы на самые главные вопросы.

Бегство в поисках лучшей жизни или боевая операция

Действительно ли есть риск, что со дня на день нелегалы из ряда стран арабского мира начнут прорывать украинскую границу со стороны Беларуси?

 — С точки зрения стратегического планирования – государственная граница должна быть готова к любым ситуациям. Но что касается конкретно взятой ситуации, то вероятность прорыва украинской границы маловероятна. Конечная цель этих нелегалов – Польша, Германия, а не Украина. Зачем им дважды идти на прорыв госграниц – сначала украино-белорусской, а потом украино-польской? Это сложно, нелогично, ненадежно, — считает эксперт-международник Антон Кучухидзе.

По его словам, нелегалы, пытаются попасть именно в ЕС, чтобы получать «соцпакет», найти работу. Беженцам в той же Польше и Германии должны выплачивать по 800-1000 евро в месяц, предоставят жилье и возможность официальной работы. В Украине же таких «пряников» никому не дадут, поскольку они не предусмотрены на уровне украинского законодательства.

Да, безусловно, среди тех лиц, которые сейчас есть у белорусско-польских границ, действительно есть часть беженцев (женщин и детей), но львиная доля – боевики, люди из Курдистана

Но бытует и другое мнение. Нелегалов-арабов, которые оказались в Беларуси, могут использовать как оружие в гибридной войне против Украины. А конечная цель – завести на территорию нашей страны тысячи лиц, среди которых могут быть способные на провокации, теракты – в общем, дестабилизировать ситуацию в Украине.

— Это не миграционный кризис, а боевая операция в условиях гибридной войны. Да, безусловно, среди тех лиц, которые сейчас есть у белорусско-польских границ, действительно есть часть беженцев (женщин и детей), но львиная доля – боевики, люди из Курдистана. Они крайне левых взглядов, видят в России союзника, считают врагом Турцию и озлоблены на США, поскольку считают их предателями. И эти люди, в случае прорыва границы, начнут раскачивать ситуацию, — говорит эксперт-международник Тарас Чорновил.

Усилить границы и дать больше прав силовикам

На сегодняшний день для украинской власти задача минимум – максимально усилить государственную границу с северной соседкой.

— Угроза мигрантского кризиса существует. Рано или поздно противостояние на польско-белорусской границе закончится. И тогда встанет вопрос: куда девать этих мигрантов? И мы можем получить огромный «подарок» в виде разъяренной толпы, которая устала от длительного пребывания в белорусских лесах и болотах и которую направят на наши территории, — рассуждает военно-политический эксперт Олег Жданов. – Но все в наших руках. Нужно в кратчайшие сроки, буквально за несколько недель, «одеть» границу в «колючку», увеличить количество личного состава для охраны границы, добавив туда представителей Нацгвардии, Нацполиции, ССО. Нужно сделать мобильные группы быстрого реагирования для ликвидации, локализации и поимки прорвавшихся мигрантов.

Также, по словам эксперта, народным депутатам не стоит мешкать с рассмотрением во втором чтении правок в закон о погранслужбе. Новшества документа позволят более оперативно и жестче реагировать на попытки прорыва госграницы, применять оружие и спецтехнику.

Беларусь обратно не примет, а на родину — нельзя

Но что произойдет, если нелегалы все-таки смогут прорвать нашу границу? Однозначного ответа на этот вопрос – нет. Можно обсуждать два наиболее возможных варианта развития событий. Первый – вернуть обратно в Беларусь.

— У нас (Украины. — Авт.) есть соглашение о реадмиссии с Беларусью. Документ предусматривает, что Беларусь обязана вернуть себе граждан, которые незаконно пересекли границу с Украиной с ее стороны. Но Лукашенко может отказаться исполнять этот договор, если до этого дело дойдет, или вообще заявит о его расторжении. В октябре этого года аналогичный договор о реадмиссии с ЕС Лукашенко уже расторг, — поясняет Тарас Чорновил.

Теоретически всех «прорвавшихся» можно задержать, посадить в «автозак», доставить к границе и под дулом автомата заставить обратно пересечь границу с Беларусью.

— В теории – да, такое возможно. Но на практике никто на такой шаг не пойдет. Ведь в таком случае в тот же день по всему миру растиражируют новость об «украинской хунте, которая негуманно повела себя по отношению к бедным беженцам». Зачем такая слава?,рассуждает Чорновил.

Второй вариант – вернуть непрошеных гостей в страну происхождения. А теперь следите за формулировками: если нелегалов можно депортировать, то беженцев — нет! Если в страну прибывают нелегальные мигранты, то в работу включаются дипломатические ведомства государств, и такие «туристы» возвращаются в страну происхождения.

— Но если есть аргументированные подтверждения, что на родине такому «мигранту» угрожает смерть или увечья, то по международному гуманитарному праву мы не имеем права отправить его домой. Есть основания для предоставления статуса беженца, — добавляет эксперт.

Но в то же время, в отличие от той же Иордании, Ливана, Турции, в Украине нет отлаженных и на законодательном уровне четно прописанных механизмов по работе с беженцами.

Тут опять на первые роли выходят нормы международного гуманитарного права. А это означает, что государство, рассматривающее заявление лица на предоставление ему статуса беженца, должно обеспечить такое лицо как минимум крышей над головой и элементарными «завтрак-обед-ужин». И вновь возникает вопрос: а где взять деньги на соцпакет для беженцев? В украинском госбюджете на эти нужды – ни копейки. Да нам бы хоть обеспечить кровом и предоставить достойное соцобеспечение внутренне перемещенным людям, не говоря уже о мигрантах.

Вступить в переговоры с тем же ЕС и предложить гостеприимство по отношению к нелегальным мигрантам/беженцам в обмен на денежный транш для строительства необходимой социнфраструктуры? Но эксперты отмечают, что это сомнительная идея.

—  Украинские власти хорошо ознакомлены с турецким опытом. В 2016 году Турция согласилась принять 3,2 миллиона беженцев. ЕС, в частности Германия, пообещала взамен выделить 3 млрд евро. А в итоге дали только около одного миллиарда евро, — говорит Антон Кучухидзе.

Эксперты солидарны во мнении, что краткосрочная задача для украинской власти — сделать все возможное и невозможное, чтобы государственные границы устояли перед рисками миграционного удара. Дальнесрочная задача – выработать четкие правовые механизмы по работе с нелегальными мигрантами и беженцами.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментарии